Предварительные итоги Международного литературного конкурса, посвященного 75-летию Победы, «Нашей Победе – 75!»


Предварительные итоги Международного литературного конкурса, посвященного 75-летию Победы, «Нашей Победе – 75!»

19.04.2020                                                          Новости


1 апреля закончен приём конкурсных произведений. От имени организаторов выражаю искреннюю благодарность всем приславшим заявки и конкурсные произведения.

Активность наших коллег-литераторов, откликнувшихся на призыв участвовать в товарищеском состязании прозаиков, поэтов и эссеистов, превысила ожидания. Мы получили на электронный адрес ОО «СПБ» свыше 1100 писем (не считая повторных)! В некоторых содержалось по несколько заявок от разных людей либо заявки от одного лица на участие во всех номинациях. Это очень высокий уровень активности!

Правда, заявки продолжают приходить до сих пор. Необходимости продлить сроки приёма организаторы не видят. Одна заявка, в частности, поступила в 00.03 2 апреля по времени Минска (совпадает с московским), следующая – в 00.07. Увы, этим авторам придётся подождать до следующего раза. Добавлю, что время отправки письма по e-mail может не совпадать с временем получения, иногда серверам требуется несколько минут, чтобы «договориться». Поэтому примите добрый совет – не откладывайте отправку важной корреспонденции на последний час перед дедлайном.

Хочу извиниться перед теми, кто оперативно не получил подтверждения о получении их заявок. Проклятый коронавирус с режимом самоизоляции сказался и здесь, несмотря на преимущественно сетевой характер мероприятия. Люди болеют и даже без инфицирования КОВИДом стараются самоизолироваться – у простуженного гораздо больше шансов подцепить вирусную пневмонию.

Работу затруднило и то, что часть членов жюри – люди возрастные, им более всех требуется изоляция, а читать с экрана монитора не позволяет состояние зрения. Рукописи им доставляются в печатном виде.

Тем не менее, все пришедшие на электронную почту заявки и конкурсные работы к сегодняшнему дню прочитаны, рассортированы и продолжают изучаться с точки зрения распределения призовых мест. Исключение составили тексты, присланные в формате PDF, фотографии книжных страниц, сканы рукописных листов или интернет-ссылки с пометкой «зайдите на мою страничку, может, найдёте сами что-то интересное». Не скажу за других членов жюри, я подобные тексты даже не открывал, нельзя до такой степени игнорировать правила конкурса.

Сразу отмечу – не менее 10% заявленных соответствуют хорошему профессиональному уровню, вызывают сильное сопереживание персонажам, глубокое волнение в связи с описанными трагическими событиями. Учитывая драматическую тематику произведений, я, начав ещё в феврале, в день, как правило, читал не более 30 работ. Больше не мог – из-за эмоциональной перегрузки срабатывал какой-то защитный клапан, и далее не получалось воспринимать написанное.

География заявок широка. Представлены практически все постсоветские республики, интенсивнее других, как обычно на подобных конкурсах, проявили активность авторы из России – не менее половины всех заявок. А также Израиль, США, ФРГ и многие другие государства, где присутствует русскоязычная диаспора.

Белорусские писатели продемонстрировали прекрасное владение и белорусским, и русским языком. Несколько хороших произведений на мове пришло из Литвы и Латвии.

Откровенно говоря, я искренне радуюсь, что лично мой голос не будет решающим при определении лауреатов. Очень много ровных по литературной ценности, сильных работ, каждая из которых вполне достойна гран-при. Наиболее сильная конкуренция в поэзии. Лично мне более всего понравились стихи четырёх авторов, двух белорусских, одного российского и одного украинского… Но я не имею права называть их до окончания судейства. Быть может, опубликую особое мнение.

Именно ограничение что-либо оглашать до финального вердикта жюри, оно при любой эпидемиологической ситуации будет обнародовано до 9 мая 2020 г., препятствует возможности сказать добрые слова конкурсантам более конкретно, процитировать самые удачные, на мой субъективный взгляд, тексты. Зато уже сейчас могу рассказать о проблемах. Не в упрёк соискателям, я просто позволю себе несколько советов. Быть может, этот конкурс – не последний для тех, кто не получит дипломов. Наверно, им интересно, почему произведение не заслужило награды.

Как и в большинстве конкурсов, оценка рукописей производится по стандартным критериям редакций журналов и издательств. Сначала проверяется соответствие формальным критериям – соответствие размеру, тематике, новизне, отсутствие предыдущих публикаций данного текста.

Я стремился максимально лояльно относиться к нарушениям формальных правил, не загонять творчество в прокрустово ложе. Например, не отклонял произведения, если заявка была оформлена не в строгом соответствии с Положением, где требовался отдельный файл, содержащий определённый перечень сведений. Пусть заявка в теле письма или в файле с произведением, хотя бы так. Но вот полное отсутствие заявки или текст в самом теле письма без аттача, иногда – даже без упоминания слова «конкурс» в теме письма, вынудили меня дать отрицательное заключение. Заявка – это юридическое основание использовать произведение в качестве конкурсного.

Конечно, можно было бы разъяснить автору, что нарушена форма подачи. Но таким действием я бы оказал ему помощь в подготовке конкурсной работы, хотя бы в техническом отношении, а других оставил без содействия. Значит – неравноправное отношение к участникам ещё на предварительном этапе!

Далее, многие нарушили требование оформления - формат Microsoft Word, шрифт Times New Roman, размер шрифта 14, интервал между строками 1,5. В поэзии не столь важно, а рассказы и эссе я переформатировал, чтобы убедиться – втиснулся ли текст в заданный лимит. Если в файле присутствовала и заявка, приходилось точно отмерять содержание рассказа или эссе. Сразу предупреждаю – далеко не всегда жюри столь терпеливо.

Некоторые ради соблюдения размера и экономии места присылали произведения без разбивки на абзацы. Конечно, мировая литература знает классические шедевры с малым числом абзацев и даже одной фразой на несколько страниц… Но давайте не будем конкурировать с Фолкнером.

Ни одна работа не получила отрицательной оценки по идеологическим мотивам. Явной или скрытой пропаганды нацизма, в противовес к готовящимся торжествам по поводу Победы, мы не обнаружили. А вот не по теме – случалось. Например, вряд ли получат премию авторы стихов, осуждающих войну, но без малейшего намёка на конкретику 2й мировой. Да и в пределах 2й мировой «выскочили» за пределы тематики эпизоды, связанные с советско-японским фронтом. Раз конкурс приурочен конкретно к 9 мая 2020 г., ориентируемся на победу над Германией и её европейскими союзниками.

Наверно, не по теме получились и рассказы про рыбалку ветеранов Войны, а также про то, как ветеранам пережить пандемию.

Соблюдение требования, чтобы произведение не было опубликовано на бумажном носителе или не обнародовано в Сети, проверялось с помощью поисковика Yandex и, в отдельных случаях, программы Advego Plagiatus. Не гарантирую, что удалось засечь все нарушения. Yandex, к примеру, неплохо находит публикации на Стихи.ру, Проза.ру, в социальных сетях «ВКонтакте» и «Одноклассники», но хуже – в «Фейсбуке».

Сложно выявить публикации в малотиражных сборниках, не выложенных в Сети. Там, где это было возможно, я ограничился просмотром заголовков стихотворений и рассказов в содержании сборников.

Advego Plagiatus обнаружил в интернете «эссе» (на самом деле – типичное школьное слабенькое сочинение о дедушке-ветеране), аналогичное присланному нам на почту, где автор заявки на наш конкурс изменил фамилию автора на собственную и фамилию героя на данные своего деда. Юное дарование, совершившее замену, думаю, далеко пойдёт. Но не в литературе.

Добавлю, что отметил на файлах рукописей десятка два случаев, когда в Сети выложено одно стихотворение из трёх, присланных с заявкой. Не беда, за победу поборются оставшиеся. Даже один стих о войне, приближающийся по выразительности к коротенькому «Мой товарищ в смертельной агонии…», может разметать конкурентов как ледокол разгребает тонкие льдины в гавани.

Два стихотворения – лучше, чем десять. Если от одного автора поступило более 3-х стихотворений, более 1 эссе или более 1 рассказа, я вынужден развести руками. Ни я, ни другие члены жюри не будем из массива текстов выбирать наиболее понравившиеся. Недопустима поэма вместо стихотворений. Простите, не наше.

Это – формальные моменты. К редакторской оценке содержания относится оригинальность, соответствие номинации, литературная зрелось, владение художественным словом, сюжетное построение, наличие яркого персонажа, и т.д., подробно рассказывать не буду, займёт много места.

Наиболее сложно ситуация обстоит в номинации «эссе». Честно говоря, не ожидал, что под видом эссе мы получим более двухсот школьных сочинений, состоящих из написанных как под копирку нескольких вводных фраз и сухого изложения информации о боевом пути конкретного участника войны, как правило – родственника автора. Всего в двух (!) рукописях начинающие эссеисты грамотно увязали персональную боевую историю с общими рассуждениями на избранную тему и избежали банальщины.

При оценке литературной ценности нет практически никакой корреляции между военным значением ратного подвига персонажа и культурной значимостью произведения. Совершенно рядовой и бытовой эпизод, отражающий повседневность на фронте и раскрывающий характеры бойцов либо тяготы населения на оккупированной территории, может оказаться гораздо сильнее, чем невыразительное описание самопожертвования.

Среди непрофессиональных поэтов оказалось очень много не знающих или не понимающих основ – поэтического размера, рифмы. Конечно, и маститые поэты нередко меняют размер в одном произведении, игнорируют рифму, вплетают диссонансы, они делают это сознательно, чётко сознавая – для чего, с какими последствиями.

Тем не менее, я выделил несколько совершенно непрофессиональных текстов, в т.ч. авторства юных поэтов, достойных, как минимум, поощрительного диплома.

О детях. Мы не ограничили возраст участников какой-то нижней возрастной планкой. Но отдельной детской номинации нет, все в равных условиях. Дорогие родители, вы пронимаете, как сложно 6-7-8-летнему юному дарованию конкурировать с маститыми писателями и журналистами, если не делать на детский возраст никакой скидки? Не будет ли травмой для ребёнка, что его детские стишки или трогательное письмо прадедушке не найдут отклика у жюри?

Последнее. К 75-летию Победы мы подходим на фоне ожесточённых споров о достоверности исторических выводов. Я убедился, что далеко не все конкурсанты понимают предмет спора, не говоря об аргументах сторон. Одна из авторов «эссе» яростно доказывает, что Советский Союз является единственным победителем в Великой Отечественной войне. Я вас удивлю. Если подобно той московской школьнице бороться за стерильную чистоту терминологии, то Советский Союз вообще в ВОВ не участвовал, потому что Советский Союз – это государство. Война называется: «Великая Отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков». Понимаете, девочка, народа, а не государства. То есть ВОВ – это вооружённое сопротивление граждан СССР интервенции нацистской Германии и её союзников, которых, вместе с фашистской Италией, Сталин тоже назвал фашистами. Единственный участник ВОВ, как следует из её названия – это советский народ. Он и победил. Хотя в каждой войне должно быть не менее двух противоборствующих сторон, но эта – исключение, потому что немцы, итальянцы, румыны и проч. не участвовали в Великой Отечественной войне, так как они – не советский народ.

Я к чему так длинно объясняю. Есть в истории войны моменты, их очень много, относящиеся к компетенции профессиональных историков или хотя бы эрудированных любителей. Без нужды не надо их трогать. Таков и вопрос соотношения понятий «Великая Отечественная война» и «Восточный фронт Второй мировой войны». Но уж коль решились писать, прогуглите хотя на уровне Вики или подобных поверхностных источников.

По этой же причине я поставил блокирующие пометки «исторически недостоверно» на других рукописях. Например, описывается заход истребителя для атаки наземной цели на аэродроме в ходе освобождения Беларуси в 1944 году. Почему-то у советского лётчика раритетный истребитель Ла-5. Скорее всего, имеется в виду Ла-5ФМ или что угодно другое. Далее, лётчик в ходе боевого разворота, по версии автора, ловит объект атаки в прицел, что вообще за пределами возможного. Боевой разворот – это восходящая пилотажная фигура, оружие смотрит в небо, не прицелиться никак… Другой энтузиаст, описывая вынужденную посадку подбитого штурмовика Ил-2 на сосновый лес, указал, что самолёт рубил верхушки сосен «винтами». Но у Ил-2 единственный воздушный винт, может – участвовали высыпающиеся из разломанного фюзеляжа винтики с гаечками?

Ещё раз – эта информация совершенно лишняя для 99% читателей. Если автор не компетентен в авиации, зачем лезть в дебри? Пишите на уровне собственного разумения, мол, один лётчик был сбит во время обстрела наземной цели, второй разбился над лесом. Или хотя бы посоветуйтесь.

Смех и грех. Какой-то персонаж защищал Сталинград с «Калашниковым» в руках. Кто-то воевал в 1942 году на Белорусском фронте. У одного из фантазёров панфиловцы на Волоколамке бились против «Тигров», за год до первого появления этих танков в войсках.

К счастью, исторических ошибок не так уж много. Почему-то самая распространённая – объявление о начале войны по радио 22 июня 1941 года, не все в курсе, что речь прочёл нарком иностранных дел Вячеслав Молотов, а не Левитан, и в ней не звучало словосочетание «Великая Отечественная», его ввели в употребление месяцем позже. Речь Молотова доступна в тысячах on-line источников, пользуйтесь.

Я не буду рецензировать или комментировать отдельные работы, не отмеченные наградой, даже не просите об этом. Не собираюсь вступать с кем-то в споры или обсуждения. Призовых мест девять, авторов, достойных наград, – десятки, участников свыше тысячи.

Ещё раз всем спасибо!

Анатолий МАТВИЕНКО