Мелодия лунного света: о творчестве Владимира Шугли


Мелодия лунного света: о творчестве Владимира Шугли

22.04.2020                                  Литературная критика


Среди тюменцев, земляков поэта Владимира Шугли (наряду с белорусами), он известен, как человек очень разносторонний. Экономист, общественный деятель,  философ, публицист... Но речь сейчас пойдет о поэтической грани многогранной личности Владимира Федоровича, сверкающей так ярко, что понимаешь: главное в его характере, нашедшее свое отражение в поэтическом творчестве – стремление к гармонии. Именно – стремление, потому что гармония – не то, что каждый из нас получает в готовом, как говорится, виде. А то, что каждый из нас ищет и созидает  внутри себя. Потому что без гармонии невозможны полноценные отношения к миру, к людям, к неземным категориям, что делают нас людьми.

Зацепилось сердце  за звезду на небе - // Ждёт восток, покрытый бирюзою. // Словно парус серебрится лунный гребень. // Звездный свет средь туч блеснет слезою…

Гармоничное слияние традиции и современности сразу обращает на себя внимание вдумчивого читателя. Владимиру Шугле свойствен редкий талант «трех Т» - труд, творчество и терпение. И еще та несуетность, что заставляет вспомнить большой стиль русской классики.

Мне дали морские писали стихи, // Водою соленой смывая грехи. // Играла лукаво со светом волна // И в брызгах нагая в глубины звала. // В песке исчезали слезинки воды, // На солнце блистая, как неба следы…// На рифмах, как будто на крыльях полет, // Вдруг сердце рванулось в синеющий свод //И там, у границы небесной черты, // осталось на небе до первой звезды».

Читаешь это стихотворение и воочию видишь прекрасную картину пространства, перетекающего во время…Сборник лирической поэзии  «Шестое чувство», вышедшая в 2019 году тиражом 800 экземпляров в типографии города Курган - это пример высокого поэтического несуетного созерцания. Эта книга у поэта Шугли не первая и, дай Бог, не последняя, ведь читая ее, понимаешь ее , как продолжение разговора о жизни, когда есть о чем именно поговорить, а не посуесловить.

И надо ж такому случиться: // С высот, осторожно кружа, // Спустилась, как синяя птица, // Мне на руки чья-то душа. // Не просто, не ради забавы, // Упала звездою в ночи, // В ночном шелестенье дубравы, // В беззвучном мерцанье свечи… // Кем посланы эти приветы, // Чьи жизни давно позади?.. // В мелодии лунного света // Я слышу земное: «Прости…»

Синяя птица поэзии… За ней по молодости кто из нас не бегал? Но не всем она дается в руки, не всем садится на ладонь. Можно высиживать ее всю жизнь, стараясь остаться «поэтом в чистом виде». А вот Владимиру Федоровичу  синяя птица поэзии спускалась на ладонь даже, несмотря на его вечную занятость жизнью общественной.  Он является Почетным Генеральным консулом Республики Беларусь в Российской Федерации в Тюмени, председателем Тюменской областной общественной организации «Союз-интеграция братских народов». Он же – член общественного совета при департаменте агропромышленного комплекса Тюменской области, а потому проблемы сельской глубинки знает, что говорится, не теоретически, а русским нутром. За русскую сельскую глубинку сегодня особенно некому заступиться, потому что неотвратимо уходят из жизни последние «могикане», великие писатели,  печальники и заступники русской глубинки, прозванные деревенщиками. Те писатели и поэты, которые свое родство с селом, с деревней, воспринимали  не просто как географический факт биографии, но кровную родовую связь, прервав которую, человек теряет в себе духовный фундамент. В творчестве Владимира Шугли этот фундамент – основополагающий:

Средь городского суесловья, // Сумятицы машин и гула, // Красою лет – забытой, вдовьей - // Притих старинный переулок. // Как будто замер, правя тризну // По старине, по русским селам - // Не оскверненный урбанизмом // Веков пронзительный осколок. // Казалось, встретился не я с ним, // А он искал со мною встречи, // Ждал терпеливо и безгласно, // Молитв пасхальных теплил свечи… // Я окунулся в окон ясность, // В узоров старых чудо-завязь, // А резную русскую согласность - // Разладу города на зависть. // И незаметно стало чисто // На сердце в благостной минуте… // Я видел Русь в молитвах истых, // В резных узорах вечной сути…»

Ода русской деревеньке, воспетая Владимиром Федоровичем, не пафосная. Проникновенная до слез, она вправе стать песней, срываться с уст под переливы гармоники и лететь по огромной России, омывая наши просторы светом:

Люблю я ровный шум мотора, // Когда машина мчится вдаль. // И позади остался город // Большой и серый, как печаль. // А за стеклом то лес, то поле, // То русской деревеньки стать. // Какая ширь, какая воля, // Какая в сердце благодать!

Владимир Шугля урожденный уралец. Родился в послевоенном  1947 году, то есть он - человек одного со мной поколения, про которое говорят «поколение детей Победы».  Детство провел не на асфальтах мегаполисов, а  на родной русской землице… Видимо, эта земля и напитала поэзию Владимира Шугли эпическим духом.

Какая сила Русь нам сотворила? // Ее я в каждой чувствую версте, // Высоких душ божественная сила // В ее сибирской дикой красоте! // Объять ее бы мне не понарошку, //Поля и долы, синий окоем… // Вот промелькнула за окном сторожка - // И снова лес, таежный лес кругом…// Летит навстречу рельсам полустанок. // Стоит с флажком в руке Сибирь-краса. // Ее зовут, быть может, Марья, Анна… // И дальше вновь леса, леса, леса…»

В юности Владимир Федорович закончил Свердловский институт народного хозяйства, много позже, в 1991 году , Уральский социально-политический институт. По второй специальности он политолог, а по внутреннему духу – поэт лирического склада. Но будучи лириком в стихах, в жизни он человек весьма деятельный и успешный. Является президентом крупной тюменской компании с таким русским казачьим названием – «Мангазея». Довелось ему быть депутатом Тюменского областного и Тюменского городского Советов, Был председателем правления Тюменской областной общественной организации «Национально-культурное общество «Беларусь», членом городского общественного Совета администрации Тюмени…  В общем, жизнь Владимир Шугля вел и ведет насыщенную, вроде бы для поэтического созерцания не очень подходящую. Однако книга стихов «Шестое чувство» - свидетельство того, что русская натура способна гармонично соединить высокое созерцание и активную деятельность.

Литературная жизнь Владимира Шугли также богата на события. Он – автор многих поэтических сборников на русском и белорусском языках. Член Союза писателей Союзного государства России и Беларуси.  Член Союза писателей Беларуси.  Отмечен рядом престижных публикаций во всероссийских московских журналах «Наш современник», «Молодая гвардия»», «Великоросс».  А также в российских журналах «Второй Санкт-Петербург», «Врата Сибири»» «Дон», «Невский альманах»…Его произведения печатались в белорусских журналах «Немига литературная», «Нёман» и так далее. Владимир Федорович награжден Орденом Дружбы Российской Федерации, медалью и орденом Франциска Скорины Республики Беларусь. И в некотором роде Владимира Шуглю можно назвать полпредом русской литературы в Беларуси и белорусской литературы в России:

Душа, как космический ветер, // Гуляет в далеких мирах, // Незримой звездою на свете - // Прозреньем – горит в небесах. // И пусть пролетают столетья - // Поэты бессмертны в стихах! // Стихи прорастают в поэте // Подснежником желтым в снегах.

Душа поэта… Она способна соединять разные времена,  разные пространства, разные стихии. Ведь поэзия – таинственная машина времени, где все эти категории живут одновременно,  не противореча друг другу, но дополняя друг друга в вечном человеческом стремлении к гармонии.

Поэтов не зря называют детьми и рыцарями гармонии. К гармонии стремился  Пушкин. По гармонии русского мира тосковали Есенин, Блок, Дмитрий Кедрин, Николай Рубцов… Потому что гармония, не побоюсь этого определения – праматерь поэзии и мать поэтов. И когда поэт пишет о матери, это даже не со времен Есенина повелось, он в образе матери видит  исконный образ русской гармонии, что родом из детства. В нем есть незримое присутствие рая, как в стихотворении Владимира Шугля о матери, где яблоневый сад выглядит поистине райским садом.

Сколько недосказанного мамам, // Сколько беззаботной той вины, // Сколько жизни всяческого хлама // В дни порой бездумно вплетены. // Слов души несказанных бывало, // Встреч под грифом вечным «на потом» // Не прощу себе… С зарею алой // Вижу яблонь сад, отцовский дом. // Копошится в огороде мама… //С нею часто за одним столом - // С папой, братом – ночью лунной самой, // Говорю о трудном… О своем. // И она в ответ прощальным словом // Занебесья свет несет в горсти // И назад уходит звездным зовом, // Огоньками Млечного Пути…

Лиричны по сути и гражданские стихи Владимира Шугли. Они не грешат  избытком патриотического митингового пафоса. В них есть понимание, что Россия великая страна, и мы можем спасти это величие лишь будучи под стать своей стране. Изменившись внутренне и не ища виноватых вовне:

Кричали: «Жаждем перемен».. // И вот уж нет запретных тем, // Но больше прежнего грешим, // Тепло сердец уходит в дым. // И Бог оставлен на потом // В земной погоне за рублем: // Быстрей, быстрей набить суму… // О путь! Без разума во тьму… // Возводим дом, а в нем нет стен, // Бурьян на пашнях, свалок тлен. // Святыни – в дым, и в душах – дым. // Туманит время злом земным… // А жизнь-то, в сущности, проста: // В ней детский смех – она чиста»

Россия Владимира Шугли – это израненная нежность души, тема сокровенная и даже личная. Потому и нет в книге «Шестое чувство» среди стихов о России никакой лозунговости, никакой баррикадности. Есть исповедальное понимание, что Родина начинается с боли за Родину:

«О Русь! О, Родина моя, // Моя израненная нежность. // Всегда в душе ты для меня // Как сон, как утренняя свежесть. // Как полыхание огня // И как восхода неизбежность, // И радость солнечного дня, // И неба вечная мятежность…»

Книга «Шестое чувство» - это проникновенно доверительный мужской разговор с читателем. Без рванья рубахи на груди. Без поучений и безо всякой опаски – а поймет ли меня читатель. Исповедь русского поэта – светлая в стремлении к свету и чистая в стремлении к чистоте.

«За все плачу земную цену: // За счастья дни, что не ценил, // За чувств возвышенных поэмы, // За боль, что близким причинил… // А мог бы, глупый, по-иному - // Не по стремнине… И не в омут… // Сейчас бы чувствовал покой, // Но то б не я был… То другой.

Эдуард АНАШКИН, член Союза писателей России, лауреат Всероссийской премии «Культура»